Ушли в цифру: как иммерсивные институции меняют мир искусства

0 81

Ушли в цифру: как иммерсивные институции меняют мир искусства

Эс Девлин для группы U2. Шоу Nevada Ark в MSG Sphere. Лас-Вегас, Невада, 2023.

Фото: Amiee Stubbs/imageSPACE via ZUMA Press Wire

Содержание:

Пространства, показывающие цифровое искусство, множатся по всему миру, привлекая огромную аудиторию радикально новой формой иммерсивного опыта. Но не станут ли они угрозой для традиционных галерей и музеев?

Гигантское пространство Outernet с тремя цифровыми кинозалами и концертным залом на 2 тыс. мест в лондонском Вест-Энде, погружающее в цифровое искусство, стало самой посещаемой достопримечательностью Великобритании. За год работы там побывало 6,25 млн человек (для сравнения: Британский музей в 2023 году привлек 5,83 млн посетителей, а самый посещаемый в мире художественный музей, Лувр, отчитался о 8,86 млн визитеров).

При этом Outernet — лишь одно из сотни подобных пространств, так называемых иммерсивных институций, которые возникли за последние пять лет, окутав мир целой сетью. Наступил переломный момент в том, как общество потребляет визуальную культуру, и это вызов для привычных музеев и галерей. Независимо от того, станут ли они партнерами или конкурентами, уже понятно, что иммерсивные институции, которые пользуются поддержкой ведущих мировых инвесторов и показывают новую волну цифровых художников, представляют собой мощную развивающуюся силу. Для многих обычных музеев вопрос стоит уже по-другому: когда именно примкнуть к этому диджитал-течению?

Самый впечатляющий недавний пример — MSG Sphere в Лас-Вегасе, огромная купольная площадка стоимостью $2,3 млрд, высотой 111 м с самым большим в мире сферическим экраном высокого разрешения (диаметр 157 м, 1,2 млн LED-элементов смонтированы на площади 54 тыс. кв. м) и вместимостью 20 тыс. человек. На ее открытии в сентябре 2023 года были представлены работы таких художников, как Рефик Анадол, Марко Брамбилла и Эс Девлин; там находится резиденция рок-группы U2.

По мнению Андраша Санто, автора книги «Будущее музея: 28 диалогов», это «классический случай внешних, потенциально разрушительных инноваций. Ситуация лишь высветила проблемы художественных музеев в XXI веке: им придется конкурировать за интерес публики (и оправдывать расходы на досуг), когда дело касается визуального опыта. При этом выиграть битву за внимание публики удастся не всегда».

Ушли в цифру: как иммерсивные институции меняют мир искусства

Рефик Анадол. Цифровое экзосферное шоу в MSG Sphere. Лас-Вегас, Невада, 2023.

Фото: Рефик Анадол

Эти площадки еще и часть прибыльной туристической экономики. Возможно, изначально они и не хотели конкуренции с традиционными институциями, но, борясь за одну и ту же аудиторию, невольно переходят дорогу первым, создавая и проблемы, и возможности для музеев и организаций, которые их финансируют. Представитель Outernet рассказал, что технология, которую они используют для подсчета посетителей, включает в себя разработку видеоанализа BriefCam, позволяющую «предоставлять данные о вовлеченности аудитории и ее демографических характеристиках».

Сейчас в мире насчитывается более 100 иммерсивных институций, новые должны открыться в этом году в Абу-Даби, Гамбурге и Шанхае.

Истоки «цифры»

Первое из крупных заведений новой волны открылось в 2018 году в XI округе Парижа. Арт-центр Atelier des Lumières компании Culturespaces во многом определил подход к тому, как стали развиваться иммерсивные пространства — в том, что касается содержания, использования здания, финансирования, глобальных амбиций. Он также стал пионером в части создания основного цифрового формата сторителлинга для этих площадок — нелинейного документального изложения, сочетающего анимированные визуальные эффекты со звуковым сопровождением и закадровым голосом, а также использования цифровой проекции или видеостен в сочетании с объемным или пространственным звуком для того, чтобы история словно растекалась по стенам, полам и потолку. Эффект был немедленным: за первые девять месяцев работы Atelier des Lumières посетило более 1,2 млн человек.

Эта нелинейность достигла пика в 2023 году на выставке патриарха британского искусства Дэвида Хокни в Lightroom в Лондоне. Разделенная на девять глав, «Больше и ближе» представляла собой путешествие по творчеству художника, в которое можно было войти и покинуть его в любой момент.

Летом 2018 года токийский коллектив цифрового искусства TeamLab открыл Borderless — специализированное музейное пространство, где были представлены только их работы. В первый год его посетило 2,3 млн человек — больше, чем Музей ван Гога в Амстердаме за тот же период, что сделало проект авторов, до того пользовавшихся славой лишь в узких арт-кругах, самым популярным в мире музеем одного художника.

Lume, постоянное место проведения Grande Experiences в Мельбурне, за первые 12 месяцев его существования, в 2021–2022 годах, посетило более 700 тыс. человек (в Национальную галерею Виктории, самый известный музей Австралии, за то же время пришло 1,6 млн).

Ушли в цифру: как иммерсивные институции меняют мир искусства

Барбара Крюгер. Мэппинг «Без названия (Questions)» на здании в Чикаго.

Фото: Барбара Крюгер

Зрелищный диджитал-арт, представленный в иммерсивных залах, довольно сильно отличается от стандартно музейного и порой вызывает усмешки знатоков. Критик Бен Люк описал этот феномен как «своего рода гибридный формат между инсталляцией и цветомузыкой, в котором зрелищность ставится выше глубокого содержания». Еще у цифрового искусства несколько иная бизнес-модель по сравнению с традиционными институциями, свой список инвесторов. Оно открывает новые, огромные возможности перед диджитал-художниками — появляются авторы вроде Рефика Анадола и Габриэля Массана. Присоединяются к ним и признанные художники, такие как Брамбилла и Барбара Крюгер. Наконец, развивается радикально новый стиль «медиаархитектуры».

Иммерсивные институции также предлагают ценителям искусства и культуры новый спектр впечатлений. По словам Александры Пейн, креативного директора Outernet, публика приходит к ним, потому что проект «дарит опыт, которым хочется поделиться, и создает коллективное переживание». Для Брамбиллы, признанного видео- и цифрового художника, особенно актуальным оказался вопрос масштаба и необходимости присутствия — живого взаимодействия людей и места. «Они действительно создали в режиме реального времени нечто совершенно новое, — говорит он. — Нельзя передать это в социальных сетях или в одном фото на телефоне. Это опыт, который никак не получить дома».

Новые бизнес-модели

Появляются новые бизнес-модели и подходы к финансированию. Lightroom в Лондоне — это совместный проект Лондонской театральной компании под руководством бывшего художественного руководителя Национального театра Николаса Хитнера и 59 Productions, одной из самых преуспевающих в городе компаний, которая занимается разработкой выставок и дизайн-проектами. Два успешно развивающихся, но все еще небольших творческих коллектива строят глобальный бизнес благодаря инвестициям от Access Entertainment миллиардера Леонида Блаватника и Майкла Шервуда, бывшего генерального директора Goldman Sachs. Блаватник — важная фигура в традиционном искусстве и культуре; именно на его средства в 2016 году было построено новое здание лондонского музея Тейт Модерн, названное в его честь.

Интерес к инвестициям в диджитал-галереи со стороны крупных меценатов стал одной из определяющих особенностей, создающих новые связи с искусством и культурой. Outernet спонсируется компанией Blackstone Group Стивена Шварцмана — того самого, что выделил £175 млн Оксфордскому университету на создание нового Центра будущего гуманитарных наук. Новая площадка TeamLab в Абу-Даби находится на острове Саадият, по соседству с Лувром — Абу-Даби, Национальным музеем шейха Зайеда и Музеем Гуггенхайма. Совместный проект TeamLab с Департаментом культуры и туризма, а также Miral Group, о котором было объявлено в июне 2022 года, уже завершен более чем на 70%. У TeamLab четыре площадки в Японии и Китае, за ними последует Саудовская Аравия.

Ушли в цифру: как иммерсивные институции меняют мир искусства

Марко Брамбилла. Цифровое психоделическое шоу «Врата рая». 2021.

Фото: Марко Брамбилла

Гибридность — это то слово, что лучше всего описывает бизнес-модель иммерсивной площадки. Лондонский Outernet демонстрирует цифровое искусство, но не чурается форматов, которые совмещают искусство с рекламой и различными видами развлечений. Проект «Комната, чтобы дышать» представлял собой медитацию, основанную на цифровом искусстве, и велнес-инсталляцию при поддержке фармацевтического бренда Panadol.

Брамбилла говорит, что и в Outernet, и в Sphere технически смелое цифровое искусство «привязано к опыту, делающему его финансово обоснованным» — благодаря рекламе в Outernet и билетам на живые концерты в Sphere, где U2 выступают на фоне произведений Брамбиллы и Девлин.

Глобальный масштаб

Особенность иммерсивных площадок, которая, пожалуй, больше всего связывает их с диджитал-миром, — стремление размножаться и расползаться в глобальные сети, в результате чего появляются мировые бренды арт-институций, которые будут конкурировать за публику в ближайшее десятилетие.

Culturespaces прямо называет свои центры цифрового искусства сетью. Это восемь площадок: три во Франции (Париж, Бордо, Ле-Бо-де-Прованс), две в Южной Корее (Сеул, Чеджу), а также в Амстердаме, Дортмунде и Нью-Йорке; планируется девятый центр в Гамбурге. Лондонский Lightroom уже открыл вторую площадку в Сеуле. Конкурент с куполом меньшего размера, Cosm, ищет площадки в США. Outernet Global анонсировала новые проекты в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе. Австралийская компания Grande Experiences обзавелась площадками в Мельбурне и Индианаполисе. Frameless в 2022 году открылся в Лондоне, стремясь расширять международную сеть филиалов. Группа цифрового искусства D’Strict выкупила несколько площадок в Южной Корее, а ее временные представительства по всему миру подчиняются штаб-квартире в Сеуле. У американского Artechouse есть площадки в Вашингтоне, Майами и Нью-Йорке.

«TeamLab изменили правила, — считает Питер Таллин, соучредитель Remix Summits и член правления компаний Grande Experiences и Museums Victoria. — Они создали глобальный бренд для генерации захватывающих впечатлений не только за счет разработки передовых технологий в сочетании с цифровым искусством XXI века, но и за счет интеграции зрелищных изображений, которыми посетители охотно делятся в соцсетях. Эта модель позволила им обойти старожилов — обычные музеи и галереи».

Что дальше?

Надолго ли затянется этот период формирования художественной галереи нового типа? В отличие от обычных галерей и музеев, иммерсивные тесно связаны с арт-рынком, и делать ставку на их незыблемость было бы неразумно. С течением времени они могут кануть в прошлое — подобно популярным когда-то панорамам и мюзик-холлам.

Ушли в цифру: как иммерсивные институции меняют мир искусства

Эс Девлин. «Суровое испытание». Мультимедийные декорации к пьесе Артура Миллера в Национальном театре. Лондон, 2023.

Фото: Эс Девлин

Но, по словам Санто, именно сейчас музеям и галереям пора решить, «когда вступать». Некоторые приняли правила новой игры. В 2022 году Национальный музей Австралии сотрудничал с Grande Experiences в работе над выставкой Connection, где были продемонстрированы произведения искусства более чем 110 художников и музыкантов — представителей коренных народов, что, возможно, остается крупнейшим на сегодняшний день подобным проектом. «Нет лучшего способа интерактивно представить смысл наших песен, чем с помощью впечатляющего мультисенсорного показа Connection. На дворе XXI век, и молодежь давно живет в смартфонах. Нужно говорить с нею на одном языке», — уверена Марго Нгава Нил, ведущий куратор искусства коренных народов в Национальном музее Австралии и куратор-консультант Connection.

Пейн отмечает, что Outernet уже сотрудничает с Saatchi Gallery, Serpentine и Frieze London, «доказывая этим, что арт-рынок вкупе со стремлением к захватывающим впечатлениям вполне может прокормить всех нас. Наш совет музеям и галереям — оставаться открытыми для такого рода совместной деятельности». В рамках сотрудничества галереи Serpentine с Outernet в 2023 году состоялись презентация игры Габриэля Массана «Третий мир» и выставка Барбары Крюгер.

Национальная портретная галерея в Лондоне сообщила нам, что целиком и полностью поддерживает возникновение новых достопримечательностей, потому что «музей всегда был частью яркого и разнообразного списка достопримечательностей, так что мы приветствуем появление цифровых и иммерсивных работ, что позволяет привлечь более широкую аудиторию в искусство и культуру».

Кажется, что если музеи и галереи найдут способы оседлать эту волну, то перед ними откроются блестящие перспективы. Таллин считает, что музеи не могут позволить себе почивать на лаврах. «В культурном секторе открываются огромные возможности, если освоить этот новый рубеж, но надо понимать, что иммерсивная революция приносит с собой и новых конкурентов, в невиданном ранее количестве», — говорит он. 

Как иммерсивные шоу покоряют Россию

Иммерсивные выставки, то есть окружающие зрителя со всех сторон разноцветными движущимися образами под аккомпанемент музыки или текста, начали устраиваться в России примерно десять лет назад. Успех таких шоу во многом зависит от технической оснащенности выставочных пространств. Пока в России нет ничего, сопоставимого с гигантскими LED-панелями высокого разрешения в лондонском комплексе Outernet и уж тем более с MSG Sphere в Лас-Вегасе. В этой области мы пока на уровне «Прибытия поезда» братьев Люмьер — если сравнивать их опус с «Аватаром» Джеймса Кэмерона. Но прогресс есть — с каждым годом преимущества этого жанра и его популярность у зрителей привлекают все больше новых игроков.

Лучшие иммерсивные шоу у нас в стране (большие пространства, относительно мощные проекторы, дающие картинку одновременно на стены, пол и потолок) делает открывшийся в 2015 году в Москве Центр цифрового искусства Artplay Media. В 2018–2019 годах здесь прошла выставка Samskara ведущего американского цифрового и мультимедийного художника Эндрю (Андроида) Джонса. Сосредоточенный на фэнтези и психоделике автор приезжал в российскую столицу на рейв-пати в стенах своей цифровой инсталляции. Artplay Media дополнил его программу лучшими отечественными мастерами. Студия Kuflex, Саша Портнов (победитель Сontemporary Art Projection Mapping Competition 2017), Владимир Миргородский (основатель студий интерактивного дизайна Peremirie и Superdesigners), команда 360ART (делающая программы для иммерсивных шоу на купольных поверхностях) — вот небольшой круг основных авторов, занимающихся данным видом искусства.

Ушли в цифру: как иммерсивные институции меняют мир искусства

Мультимедийная выставка «Космос. Love» в московском Центре дизайна Artplay.

Фото: Михаил Воскресенский / РИА Новости

Сегодня Artplay Media не столько открывает новые имена, сколько популяризирует классическое искусство. Здесь нон-стоп идут выставки в формате «ожившие полотна»: «Матисс/Пикассо», «Ван Гог. Письма к Тео», «Фрида. Viva la vida!», показывают Микеланджело, Иеронима Босха, Питера Брейгеля Старшего, Ивана Айвазовского, Густава Климта и других. Иногда картинки дополняются концертами или спектаклями. В 2023 году аналогичный центр Artplay Media открылся в Казани.

В жанре оживших полотен работает Креативное пространство «Люмьер-холл» в Москве и Санкт-Петербурге. В столице, например, по 14 апреля оживают образы Ивана Айвазовского и Василия Кандинского (одним сеансом), Анри Тулуз-Лотрека и Винсента ван Гога. Здесь также читают лекции («Зачем кричит Эдвард Мунк?», например) и на фоне космических проекций устраивают джазовые концерты.

Оригинальный цифровой контент производит Центр современного искусства М’АРС, но техника здесь еще менее изощренная, проекции идут на небольшие площади — на стену или потолок. Недостаток иммерсивности компенсируется глубоким духовным подтекстом. Так, до 29 марта в М’АРСе можно увидеть выставку Deep Inside/GHT Марии Луттик — «тотальное погружение в смыслы» для пробуждения «внутренней энергии и безграничных возможностей».

Бывшая резидентка М’АРСа Ольга Щербакова в конце 2023 года открыла на «Винзаводе» Центр перформативного искусства The Place. Как сообщает ее сайт, «художник — исследователь, живущий в Ольге, долгие годы изучает антропологию, выражая „науку о человеке“ через разную призму». Интерактивная выставка «5 языков любви» всего за 1000 руб. «вдохновит зрителя на создание более глубоких и качественных любовных отношений на языке современного искусства».

Помимо, так сказать, интерьерных шоу, есть немало иммерсивных мероприятий на открытом воздухе. Например, московский фестиваль «Круг света» (проводился с 2011 по 2019 год, до ковида), когда изображения проецируются на известные здания, Большой театр или Останкинскую телебашню. С 2017-го в Нижнем Новгороде проходит фестиваль медиаискусства Intervals, в 2023-м проекции демонстрировались на 15 зданиях.

Ушли в цифру: как иммерсивные институции меняют мир искусства

Световое шоу «Свет Суздаля». Суздаль. 2024.

Фото: Лена Авдеева

Помимо этого, есть иммерсивные шоу вне области современного искусства. Они беспримесный туристический аттракцион, показывающий красоты природы и чудеса родного края. В парке «Зарядье» можно увидеть иммерсивный фильм «Полет над Москвой». В 2018-м он получил награду на международном конкурсе Inavation Awards в категории Visitor Attraction. Рядом с ВДНХ в 2023-м открылось арт-пространство Luminar. В пяти залах на площади 1 тыс. кв. м идет цифровое шоу «VI океан»: подводный мир и его обитатели, киты, акулы и осьминоги. В парке «Патриот» в музее «Дорога памяти» 26 иммерсивных залов (из 35) и полное погружение «в каждый из 1418 дней к победе». Много иммерсивных стендов-инсталляций на выставке-форуме «Россия» на ВДНХ (работает до 12 апреля). И кстати, на этих площадках техника самая навороченная.

Высокое искусство на основе иммерсивных практик (по крайней мере, доступное в России) — это редкие серьезные выставки вроде инсталляции «Золотой век русского авангарда» Питера Гринуэя и Саскии Боддеке в 2014 году в московском Манеже, выставки «Предсказания и откровения» группы AES+F в петербургском Манеже в 2019 году или «Путешествия души» Билла Виолы в ГМИИ им. А.С.Пушкина в 2021‑м. 

Укрупняемся: художники впечатляющих масштабов

Появление огромных иммерсивных площадок с гигантскими программируемыми светодиодными экранами предоставило цифровым художникам новый холст и потенциально огромную аудиторию. Рассмотрим четырех успешных в этой области авторов с разным бэкграундом

Эс Девлин

Британский художник и сценограф выступила соразработчиком программы движущихся изображений для первых концертов U2 в MSG Sphere в Лас-Вегасе, а в сентябре 2023 года там же создала «Невадский ковчег» в сотрудничестве с креативным директором группы Уилли Уильямсом. Благодаря театральному опыту Девлин по-новому работает с иммерсивным пространством. Ее деятельность в MSG Sphere связана с практикой в небольших театрах, а также в лондонских пабах и кинотеатрах. «Я начала создавать работы, которые показывали в небольшом кинотеатре, там крутили короткометражки, — говорит она. — Потом фильм делился на части, чтобы позволить зрителям „войти“ в него и найти свой путь через скульптурное пространство». Девлин добавляет, что ретроспектива «Атлас Эс Девлин», которая сейчас проходит в Смитсоновском музее дизайна Купера Хьюитта в Нью-Йорке (до 11 августа), «также начинается с комнаты, где рассказывается история, а затем она делится на части, чтобы позволить посетителям войти в пространство повествования». «Огромная поверхность светодиодной сферы физически не раскололась на части во время первого показа, — говорит Девлин, — но мы создали иллюзию ее раскола и под конец растворения, чтобы показать горизонт Лас-Вегаса таким, каким он выглядел бы, если бы Sphere испарилась».

Рефик Анадол

Уроженец Турции, живущий в Калифорнии, на открытии MSG Sphere показал бурлящую экзосферную работу, напоминающую быстрый взгляд на эволюцию континентов на поверхности земного шара, и это стало триумфом в карьере создателя «скульптур данных». Его работы основаны на преобразовании изображений в вихревые массивы цвета и света, во многом управляемые искусственным интеллектом. Их можно было видеть на Art Basel, Art Dubai, в Музее современного искусства в Нью-Йорке (MoMA), на церемонии вручения премии «Грэмми». В прошлом году МоМА приобрел его «Без присмотра — машинные галлюцинации — МоМА» (2022), генеративное произведение искусства, на которое в музей ходили толпы. Проект «Живой архив: природа», созданный для Всемирного экономического форума в Давосе, сам автор описывает так: «Инновационная инициатива, которую мы называем Моделью Большой Природы… первый в мире мультимодальный генеративный искусственный интеллект с открытым исходным кодом, ориентированный на природу и обученный на обширном и полученном этически наборе данных о мире природы». Работа включает в себя «мультисенсорные произведения искусства, созданные на основе этой модели, с визуальными эффектами, звуками и запахами».

Марко Брамбилла

Лондонский кинорежиссер и диджитал-художник сделал версию своей голливудской эпопеи «Врата рая» для лондонского Outernet и King Size, работу о расцвете Лас-Вегаса и смерти Элвиса, в MSG Sphere. Завораживающие видеоколлажи Брамбиллы, насыщенные клипами и отсылками к золотому веку Голливуда, хорошо приспособлены для музейных показов. Но переход от четырехугольного холста в раме на потолки в Outernet и куполообразные пространства огромной MSG Sphere оказался для него вызовом. «Первым сюрпризом было то, как холст в Sphere — сетка из десятков тысяч светодиодов — абсолютно поглотил изображение», — рассказывает он. В итоге необходимость сделать отснятый материал намного плотнее заставила его использовать искусственный интеллект (ИИ) для последних пяти видеоколлажей. «ИИ помог заполнить холст гораздо большим количеством изображений, — говорит он. — Чтобы добиться такого же эффекта, потребовались бы месяцы и команда бильдредакторов». Брамбилла считает, что MSG Sphere вывела интерес публики к видео-арту на «совершенно новый уровень». Когда в декабре прошлого года он показал версию King Size на ярмарке Art Basel в Майами-Бич, именно MSG Sphere «побудила людей пойти и посмотреть его на другой площадке». По его словам, благодаря технологиям «можно обратиться к гораздо более широкой аудитории».

Барбара Крюгер

Есть что-то символическое в расширении творческого диапазона Барбары Крюгер — знаменитой художницы, чья игра с коллажами и лозунгами предвосхитила мир социальных сетей, мемов и вирусного распространения. Тем более когда она выставляет свои работы в гигантской иммерсивной институции Outernet. Выставка «Думая о тебе, то есть о себе, то есть о тебе» — это собрание ее ключевых работ, таких как «Без названия» («Я покупаю, следовательно существую») (1987/2019) и «Без названия» («Твое тело — поле битвы») (1989/2019). 

Источник: www.theartnewspaper.ru

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.